Часть 23

Королевская Гавань. 293 г. до н.э.
Дженна.
Путешествие на корабле было долгим, трудным и невероятно скучным даже на этом чудовище, которое каким-то образом удалось построить ее племянникам. Киван был в полном восторге как от дизайна, так и от того, как быстро они теперь смогли построить один из этих больших кораблей-пинакли, как он их называл.
Первый, Lions Roar, строился почти целый год, над ним трудились почти две тысячи человек, и это без учета бесчисленного количества мастеров, которые делали такелаж, паруса и другие части корабля. Этот корабль, Lady Joanna, был построен чуть меньше чем за шесть лун, каждый раз, когда они строили один, они совершенствовали процесс и теперь строили несколько кораблей одновременно, у простых людей в Ланниспорте никогда не было так хорошо, и Киван был ими практически почитаем.
Она знала, что стоимость была невероятной, но менее чем за год работы Lions Roar почти окупил себя, огромное количество груза, которое он мог перевозить, скорость в море во время путешествий, даже в Бравосе это было практически легендарно. Дженна любила ходить по палубе, ее устойчивость удивляла ее каждый раз, ни разу с тех пор, как они покинули Ланниспорт, она не чувствовала морской болезни, за что была очень благодарна.
«Тетя, посмотри на птичек», — сказала Джой, подбегая к ней сзади.
«Они красивые, правда, Джой?»
«Красивые пташки, тетя», — сказала маленькая девочка, улыбаясь, когда чайка нырнула под воду.
«Ой, рыбка», — сказала Джой, когда птица вынырнула с рыбой во рту.
«Пойдем, Джой, пора идти на урок».
«Нет, тетя, пташки». Джой скрестила руки на груди и топнула ногой, Дженна не могла не рассмеяться, она не Джон, на нее это не подействует.
«Джой», — сказала она, повысив голос.
Маленькая девочка фыркнула и повернулась, и они направились обратно в большую столовую, которую она реквизировала для их уроков. Она дала им только краткие уроки истории о Королевской Гавани и самом Красном Замке и позволила Джону вставить истории о рыцарях, королях и сражениях, чтобы поддерживать интерес своих мальчиков.
Теперь, хотя они были уже почти в поле зрения залива Блэкуотер, она знала, что ей нужно начать рассказывать детям, как себя вести, Лорас и Джон не будут проблемой, а Джой будет либо с Джоном, либо с Герионом большую часть времени. Но Лансель временами был даже слишком высокомерен, чтобы быть Ланнистером, в то время как ее мальчики и младший Киван никогда не были в присутствии королевской семьи.
«Джон», — услышала она крик Джой, подбежав к Джону, чтобы прыгнуть ему в объятия, и это зрелище не переставало ее рассмешить.
«Привет, Джой, где ты была?»
«На корабле, Джон, наблюдаю за птичками».
«Ты видел рыбок, Джой?»
«Птичка сделала рыбку, ой, Джон», — сказала Джой, и Джон схватил ее и начал щекотать.
«Нет, Джон, стоп», — хихикнула она.
Дженна кивнула ему, и он поднял Джой и посадил ее к себе на колени, а она схватила стул и села. Ее мальчики тут же посмотрели на нее, как и Мартин с Виллемом, а вот Лансель сидел со скучающим выражением лица.
«Итак, мы скоро прибудем в Королевскую Гавань, и вам нужно кое-что знать».
«Что за дела, мать?» — спросил Тион, и Уолдер хихикал, пока она не бросила на него взгляд.
«Есть определенные правила поведения, пока мы там, особенно с королевской семьей, а теперь слушайте внимательно», — она оглядела комнату и заметила, что Лансель изо всех сил старается выглядеть незаинтересованным. «Ты тоже, Лансель», — сказала она, не оставляя места для возражений.
«Что мы говорим, разговаривая с королем и королевой?»
«Мы… мы называем их вашей светлостью, тетя?» — дрожащим голосом сказал Мартин.
«Очень хорошо, Мартин», — улыбнулась она мальчику. «А лорды и леди?»
«Мой господин или моя госпожа, тетя», — сказал Виллем, не желая, чтобы его затмил брат.
«Очень хорошо, Виллем. Что мы теперь будем делать, когда встретим короля и королеву или принца?»
«Мы кланяемся маме, но Джой нужно сделать реверанс», — самодовольно сказал Тион.
«Правильно, Уолдер, покажи мне, как ты кланяешься».
Ее сын встал и сделал сносный поклон, она поработает над этим позже с ним и Тионом.
«Джой, хочешь сделать мне реверанс?»
Джой в замешательстве посмотрела на Джона, затем перевела взгляд на нее и снова на Джона.
«Джой, помилуй, помни», — сказал Джон, опуская девушку на землю.
«Ваша светлость», — сказала Джой, и Дженна была ошеломлена, увидев, что девочка сделала гораздо лучший реверанс, чем некоторые девушки постарше.
«Молодец, Джой, это было действительно хорошо», — улыбнулась она, и Джой рассмеялась, прежде чем Джон снова взял ее на руки, она удивилась, как он мог так подумать, но решила пока не спрашивать. Остальная часть урока прошла хорошо, она чувствовала, что, по крайней мере, дети будут в порядке, если с ними будет кто-то, что, несомненно, будет в этом месте.
Позже в тот же день.
Они увидели землю и двигались к причалу, Дженна стояла с детьми, которые махали тем, кто стоял у причала, она была удивлена, увидев там Джона Аррена, не ожидавшего приветственного приема. Когда корабль скользил в свое доковое положение, она наслаждалась изумленными взглядами не только от простых людей, но и от тех, кто явно был моряками и капитанами других кораблей вокруг них.
Леди Джоанна легко затмила самый большой корабль в доках, и она знала, что Герион и Киван громко смеялись, когда они легко обогнали Ярость, проплывая через залив. Она посмотрела вниз на явно взволнованного Станниса, когда они проходили мимо, без сомнения, его зубы будут скрежетать немного сильнее сегодня. Кораблю не потребовалось много времени, чтобы пришвартоваться, и они спустились вниз, чтобы их встретили.
«Лорд Джейме, я приветствую вас в Королевской Гавани».
«Благодарю вас, Лорд Десница», — сказал Джейме.
«Лорд Герион, лорд Киван», — сказал Джон Аррен, приветствуя ее братьев, прежде чем подойти к ней.
«Леди Дженна, Королевская Гавань скучала по вам, моя леди», — сказал Джон Аррен, пытаясь улыбнуться ей.
«Я не скучала по этому, лорд Аррен», — сказала она, хотя это было не так.
«Мы организовали для вас проживание в королевских покоях, хотя и не думали, что вас будет так много».
«Все в порядке, лорд Хэнд, мы бы предпочли остаться в семейной резиденции, так гораздо лучше для детей», — сказал Джейме.
«Мой лорд, ааа, если вы уверены, мой лорд», — сказал Джон Аррен.
«Я думаю, так будет лучше, лорд-десница», — сказал Джейме и двинулся грузить их вещи на экипажи и телеги, прибывшие из их особняка.
«Лорд Киван, поздравляю вас с назначением на пост лорда Ланниспорта и адмирала западного флота. Это достойное назначение, и, имея такой корабль, вы должны гордиться им, милорд», — сказал Джон Аррен ее брату, пристально глядя на леди Джоанну.
«Да, «Леди Джоанна» — прекрасный корабль, она и другие выдающиеся корабли весьма достойны», — сказал Киван.
«Другие, мой лорд?» — обеспокоенно спросил Джон Аррен.
«Да, «Леди Джоанна» — один из пяти таких кораблей», — гордо сказал Киван.
Она наблюдала, как лицо Джона Аррена вытянулось, а затем снова выпрямилось, и пусть он боится гнева львов. Если ее покойный брат и был в чем-то прав, так это в том, что иногда немного страха полезно. К сожалению, Тайвин не понимал, что его нужно использовать умеренно, и она была рада, что Джейме это понимал.
Попрощавшись с явно встревоженным лордом Арреном, они наконец отправились в свою резиденцию, она с нетерпением ждала этого турнира, балов и пиров, это было слишком долго. Жаль, что ей пришлось взять с собой Эммона, вздохнула она, глядя на спящую фигуру мужа в карете рядом с ней.
Маргери.
Их прибытие в Королевскую Гавань прошло без происшествий, их встретил Десница, но не король или принц, что сильно разозлило ее бабушку. Лорд Аррен сказал ее отцу лестные слова, которые он принял с восторгом, хотя технически было оскорблением не быть встреченным хотя бы одним членом королевской семьи. Она знала, что ее бабушка позже разгневается, поскольку Маргери, хотя ее не волновала встреча с принцем, с нетерпением ждала новой встречи с Джоном.
Прошло два года с тех пор, как они встретились, и она обнаружила, что скучает по своему другу, он не был похож на других лордов и наследников или запасных, с которыми ей приходилось иметь дело после свадьбы. Джон не хвастался своими достижениями или рассказывал, какой он хороший или что кто-то о нем говорил, он был Просто Джоном, и она очень скучала по этому. После свадьбы у них было много балов и пиров, ее именины приходили и уходили, и каждый раз ее ждал подарок от Джона.
Брошь в виде волка, которую она носила каждый день, розовое зеркало, которое она держала среди своих вещей, и прекрасная иллюстрированная книга, которую она держала у кровати, картинки с замками и мифическими зверями были прекрасно нарисованы и почти оживали, когда на них смотрели. Письма, которыми она обменивалась через Лораса, были аккуратно завязаны бантом и хранились у основания ее шкатулки с драгоценностями, время от времени она выбирала одно, чтобы прочитать и улыбнуться, читая о годах Джона с Джой.
Когда Лорас приехал один на турнир, она была расстроена и немного раздражена, не хотел ли Джон навестить ее, она волновалась, но когда Лорас сказал ей, что он болен, и вручил ей написанное им письмо, она почувствовала себя счастливой и облегченной, что он скоро поправится. Это письмо она любила читать больше всего, оно всегда заставляло ее чувствовать себя лучше, когда ей было грустно, знать, что где-то там ее друг думает о ней.
« Джон не с тобой?» — спросила Маргери, обняв брата.
« Нет, Мардж, он заболел и не смог путешествовать».
«С ним все в порядке, ему станет лучше?» — обеспокоенно спросила она.
«Да, он будет, ему просто нужно немного отдохнуть».
« Ох», — грустно сказала она, осознавая, что не увидит его еще неизвестно сколько времени.
« Но он тебе написал», — сказал Лорас, протягивая ей письмо Джона.
Позже в тот же день она пробралась в тихий уголок сада и вскрыла письмо.
Просто Маргери,
Мне так жаль, что я не смог приехать к вам в этот раз,
Клянусь, я скоро приеду к тебе в гости.
Кажется, боги ненавидят меня, раз решили сделать меня больным,
Как раз тогда, когда я ждал этого визита больше всего на свете.
Я хотел бы быть там, чтобы рассказать вам о Джой и Призраке, о Лорасе и наших приключениях,
Йентурс Джон в роли Джой поправила бы меня, если бы она была там.
Мне бы хотелось увидеть твою улыбку, заставить тебя смеяться, ускользнуть от всех, чтобы мы могли потанцевать.
Я буду считать дни до новой встречи с моим другом, каждый из которых будет скучнее без тебя,
До тех пор я буду писать и улыбаться, и каждый день думать о тебе,
Я надеюсь, мы увидимся скорее рано, чем поздно.
Твой друг,
Просто Джон.
Маргери улыбнулась, вспомнив письмо и тот факт, что Лорас подтвердил своим вороном, что Джон присоединится к нему на этот раз. Она едва услышала голос бабушки, зовущий ее, и она смущенно подняла глаза, чтобы обнаружить, что они прибыли в свои комнаты в Девичьем Склепе. Ее бабушка надеялась поселиться в самой крепости Мейегора, но по какой-то причине этого не произошло, и она знала, что это добавит ей огорчения.
«Маргери, ты слушаешь, дитя?» — Оленна сказала немного громче.
«Прости, бабушка, что ты сказала?»
«Неважно, дорогая, с тобой все хорошо?»
«Со мной все в порядке, бабушка, просто немного устала с дороги».
«Ну, тебе стоит вздремнуть, дорогая. Мы не можем допустить, чтобы ты устала, когда позже встретишься с принцем».
«Конечно, бабушка».
«Я надеялась, что мы будем поближе к королевским покоям, но, бог знает, по какой причине нас разместили здесь, можно было бы подумать, что чертовы королевские особы должны быть умнее и не обращаться с семьей, которая их финансирует, таким образом», — сказала Оленна, повысив голос по мере того, как говорила.
«Мама», — сказал Мейс, покачав головой.
«О, заткнись, Мейс, ты же знаешь, что я прав. Как Маргери собирается проводить время с принцем отсюда? Нет, так не пойдет».
Маргери проигнорировала неизбежный спор, ее отец, несомненно, получит выговор, а ее бабушка снова и снова будет поднимать этот вопрос и перед королем, и перед десницей, пока не добьется своего. У нее самой не было желания быть ближе к принцу, с каждой встречей с мальчиком она все меньше и меньше впечатлялась им, то, что она слышала о нем, не вызывало у нее желания узнать его получше.
Однажды ночью, не в силах заснуть, она пошла в комнату бабушки и услышала, как та разговаривает с Уилласом. Она не смогла устоять, поэтому прислонилась к двери и прислушалась.
« Очевидно, мальчику нравится ругать слуг и делать что-то похуже», — сказал Уиллас.
« Хуже?» — услышала она вопрос бабушки.
« Да, я слышал, что он перешел от ругательств и увольнения со службы к организации избиений прямо у него на глазах.
« Ты в этом уверена?» — обеспокоенно спросила ее бабушка.
«Я бабушка, так мне сказали некоторые из наших шпионов».
« Это нехорошо, этот мальчик — ключ к трону, если он продолжит в том же духе… » — звук шагов заставил ее пропустить то, что было сказано дальше.
« Могу ли я вам помочь, моя леди?» — раздался голос Аррика, когда он направился к Маргери.
« Нет, сэр, я пришел поговорить с бабушкой, но она занята, я поговорю с ней завтра».
« Как скажете, миледи», — сказал стражник и поклонился.
После этого она пыталась узнать больше о принце, когда она поднимала этот вопрос с бабушкой или братом, хотя они быстро меняли тему, увеличивая, а не уменьшая ее беспокойство. Она вошла в свою комнату и немедленно подошла к маленькой шкатулке для драгоценностей и достала стопку писем, выбрав одно, она начала его читать, закрыв глаза, когда она засыпала, улыбка на ее лице была невидимой.
Тирион.
Особняк Ланнистеров был впечатляющим, таким же большим, как резиденция Кевана в Ланниспорте, и окруженным большой стеной и садом, в нем были конюшни и отдельная зона для стражи, а также сам большой главный дом. Внутри он был таким, как и ожидалось от собственности Ланнистеров, экстравагантно украшенным, с большими картинами львов, лордов скалы и различных предков, он содрогнулся, когда посмотрел на внушительный портрет своего отца, прежде чем перейти в свои комнаты.
Джейме поместил всю семью вместе с Джоном и Лорасом в одном крыле дома, другая сторона была отведена для их остального сопровождения. Тирион наблюдал, как его вещи вносили в комнату, большой сундук, полный книг, был его гордостью и радостью. Когда все было сделано, он огляделся, довольный тем, что кровать была удобной, а стол аккуратно расставлен, Харрал, их управляющий, проделал большую работу по подготовке места.
Он вышел из комнаты и спустился к брату, минуя слуг, которые суетились, удостоверяясь, что его семья устроилась. Когда он добрался до комнаты, то был удивлен, увидев Джейме одного, его брат держал Джона очень близко в этой поездке, и он ожидал увидеть мальчика внутри. К счастью, это означало, что Призрака поблизости не было, волк постоянно делал все возможное, чтобы напугать Тириона до смерти во время их путешествия сюда.
«Ах, брат, садись, мы скоро отправимся встречать короля и нашу милую сестру», — сказал Джейме, и Тирион вздохнул.
«О, какая радость», — пошутил он, и Джейме рассмеялся.
«Ну же, Тирион, я уверен, ты с нетерпением ждешь встречи с детьми».
«Возможно, двое», — сказал Тирион, не желая встречаться со своим старшим племянником, если это вообще возможно.
«Мне в любом случае нужно было поговорить с тобой, брат», — сказал Джейме, когда Тирион сел.
«Конечно, так что же мы будем обсуждать, запах или то, что Десница, без сомнения, потребует от нас денег?» — спросил Тирион.
«Ну, с запахом мы ничего поделать не можем, а что касается Десницы, то ответ — нет, мы им не помогаем, Тирион. Предоставлю тебе самому придумать, что сказать, но мы не дадим им еще одного дракона».
«Очень хорошо, тогда что-нибудь еще».
«Да, есть несколько вещей: во-первых, я не вернусь на скалу со всеми вами, мы с Джоном направимся на север на некоторое время», — сказал Джейме, застав его врасплох.
«Джейме, ты не можешь, у нас много работы», — сказал Тирион, покачав головой.
«У тебя нет брата, ты мой наследник, мой кастелян, я доверяю тебе следить за порядком, пока меня не будет, нет никого, кому я доверял бы больше», — сказал Джейме с улыбкой.
Тирион чувствовал, как гордость переполняет его грудь, и сколько бы раз Джейме ни давал понять, что уважает его и ценит, слышать это от брата всегда заставляло его чувствовать себя на десять футов выше.
«Конечно, брат, я тебя не подведу».
«Я знаю это, брат, но другое дело, что нам пора начинать играть в эту игру, есть вещи, которые нам нужно знать, игроки, о которых мы должны знать, я хочу, чтобы ты начал получать о них представление, пока мы здесь».
Тирион широко улыбнулся, услышав это. Он хотел глубже вникнуть в политику королевства, но до сих пор делал это только на Западе. За эти годы он создал сеть шпионов и осведомителей и точно знал, кто и что думает в каждом замке Западных земель. Он узнал секреты лордов, о которых не знал даже его отец.
Теперь он с нетерпением ждал возможности сделать это здесь. Ему нужно было начать осторожно, с самых низов, но он чувствовал, что со временем он сможет создать здесь такую ​​же большую сеть, как в Западных землях.
«Я принесу вам список людей, которым мы можем доверять, людей, за которыми следует следить, но я хочу, чтобы вы составили свой собственный список. Я уверен, что вы сможете сравнить их обоих».
«Откуда вы возьмете свой список?» — спросил он.
«О, у меня тоже есть источники, брат». Джейме ухмыльнулся. «Теперь у нас есть король, которому нужно поклониться».
Двое братьев вышли из комнаты, подшучивая друг над другом. Когда они дошли до конца коридора, к ним присоединились Джон, Лорас и Джой. Двое мальчиков держали ее за руки и качали в воздухе. Смех маленькой девочки был заразителен, и вскоре к ней присоединились Тирион и Джейме. Именно тогда Тирион почувствовал, как его уже привычно дергают за штаны. Откуда взялся волк, он не мог понять, но, хотя Тирион безуспешно пытался заставить его остановиться, он был благодарен, услышав голос своего кузена.
«Призрак пришел», — сказала Джой, бегя по коридору, волк преследовал ее по пятам.
Они направились во двор и увидели две уже ожидающие их небольшие кареты: в одной сидели Дженна и ее мальчики, а в другой — семья Кевана. Он посмотрел на дядю Джериона, пытающегося уговорить Джой присоединиться к ее тете. Но девушка, казалось, с еще большим энтузиазмом согласилась ехать вместе с Джоном, как только увидела, что Уинтер оседлан.
«Милорды», — сказал Джон, подбегая к своей лошади.
Тирион присоединился к своей тете в первой карете, пока Джейме и Лорас сели, ворота открылись, и они начали свой путь к Красному замку. Он подавил желание высунуть голову в окно и вместо этого поговорил с тетей и кузенами. Наконец они добрались до Красного замка, и Тирион с нетерпением вышел из кареты.
Сам замок выглядел даже более внушительно, чем в книгах Тириона, красный камень выделял его, как будто он был в огне, а барабанные башни возвышались, хотя Тириону он не показался таким впечатляющим, как Кастерли-Рок, но он все равно был рад его увидеть. Их встретили несколько золотых плащей, стражники и капитан Виларр, который, как заметил Тирион, был погружен в беседу с Джейме.
«Мы будем племянниками?» — спросила Дженна, когда Тион и Уолдер поспешили присоединиться к своим кузенам и Джону.
«Если придется», — сказал Тирион с улыбкой.
«Похоже, мы действительно должны это сделать», — сказал Джейме, и Тирион обернулся, увидев своего брата, стоящего позади него с ухмылкой на лице.
Прогуливаясь по замку, Тирион был разочарован, не найдя никаких следов построивших его Таргариенов; все свидетельства их существования были уничтожены или замаскированы, а Тирион, втайне надеявшийся увидеть череп дракона, почувствовал, что новые знамена с изображением оленя и картины не произвели того же впечатления.
Когда они подошли к большим двойным дверям, через которые им разрешили войти стражники снаружи, сама комната оказалась невероятно впечатляющей: большой и внушительной, а в ее передней части на Железном троне восседал король. Трон выглядел гораздо более внушительно, чем думал Тирион, сидящий на нем человек.
«Лорд Джейме Ланнистер, лорд Утёса Кастерли и Хранитель Запада», — прогремел голос герольда.
«Лорд Киван Ланнистер, лорд Ланниспорта и первый адмирал западного флота.
«Лорд Герион Ланнистер, лорд Кастермира».
«Лорд Тирион Ланнистер, наследник Утёса Кастерли».
«Леди Дженна Ланнистер, леди Утёса Кастерли».
Тирион улыбнулся последнему: если бы Джейме назвал свою тетю леди скалы, это, несомненно, вызвало бы у некоторых недоумение, но, как сказал его брат, поскольку никто из них не женат, а она взяла на себя обязанности королевы, она вполне может взять на себя этот титул.
«Ваша светлость», — сказал Джейме, кланяясь королю, и остальная часть их свиты сделала то же самое.
«Ваша светлость», — сказал его брат, глядя прямо на сестру, чья улыбка противоречила тому чудовищу, которое скрывалось за ней.
«Лорд Джейме, добро пожаловать в Красный Замок», — сказал король, и Тириону показалось, что его слова прозвучали невнятно. Может, он уже пьян?
«Действительно, я рада видеть вас, лорд Джейме», — сказала Серсея, и Тирион сглотнул, увидев, как она смотрит на его брата.
Тирион стоял, пока представлялись остальные, он заметил улыбку, которую король подарил его дяде Гериону, и гримасу, которую подарила ему Серсея. Его дядя и тетя были встречены королем и королевой одинаково хорошо, но когда король увидел Джона и Лораса, все стало интереснее.
«Джон Сноу, выйди вперед, твой король желает тебя видеть, можешь оставить цветок позади», — пошутил он, и Тирион увидел, как лицо Джона сморщилось, а Лорас, надо отдать ему должное, просто кивнул.
«Ваша светлость», — сказал Джон, опускаясь на одно колено.
«Вставай, парень, дай мне взглянуть на тебя, ты вырос, мой мальчик, в какого славного парня ты вырос, не правда ли, Джон?»
«Да, он заслуживает вашей милости», — сказал Джон Аррен, стоя слева от короля.
«Ты ведь будешь участвовать в поединках, не так ли, мой мальчик?» — спросил король.
«С вашего позволения, я бы с удовольствием это сделал», — ответил Джон.
«Мое разрешение, я настаиваю, покажи им то же самое, что ты сделал в Ланниспорте. Боюсь, твой отец не приехал, мой мальчик, но ничего, тебя поддержит король», — сказал Роберт, сияя улыбкой.
«Тогда я непременно одержу верх, ваша светлость», — ответил Джон, и король громко рассмеялся.
«Вот это дух, парень».
Перепалка продолжалась еще несколько мгновений, Роберт в основном игнорировал всех остальных, погружаясь в разговор с Джоном, говоря о битвах и турнирах и о том, как сильно он похож на своего отца. Тирион видел, что Джейме пристально смотрит на короля, его руки то разжимались, то сжимались по бокам. В конце концов Джон Аррен закашлялся, и король понял, как долго он разговаривал с Джоном Сноу и как это может выглядеть, поэтому он закончил их разговор.
«Ты ведь придешь на праздник, правда, приятель?» — спросил Роберт.
«Я был бы польщен, ваша светлость».
«Ах, да ладно тебе, с тобой хоть будет с кем поговорить», — сказал Роберт, и его голос к концу стал немного тише.
«Ну, давайте двигаться дальше, мне еще предстоит встретиться с розами и рыбками», — сказал Роберт, громко смеясь.
Джон.
Встреча с королем оказалась сложнее, чем он ожидал, король все еще видел в нем сына Неда Старка и из-за этого выделял его, даже оскорбляя Лораса, чтобы сделать это. Он говорил так хорошо, как мог, но был рад, что они покинули тронный зал, просто стоять там вызывало чувства, с которыми он пока не был готов столкнуться.
Именно там, перед троном, тела его брата и сестры были представлены самозванцу, который сидел там, где теперь должен был сидеть его отец. Там, в этой самой комнате, этот человек посмотрел на изуродованные тела своей семьи, младенца и девочки трех именин, и громко заявил, что не видит никаких младенцев, только драконьего отродья. Когда он стоял там, глядя на этого человека, Джон почувствовал, как внутри него поднимается ярость, если бы он носил оружие, он бы воткнул его в смеющееся лицо толстого короля.
Только вид сира Барристана сдерживал его гнев, на протяжении всех банальностей короля старый рыцарь пристально смотрел на него, одаривал его ободряющей улыбкой, и Джону удалось сохранить спокойствие и выдержать все это гораздо лучше, чем он бы сделал, если бы Барристана не было рядом. Когда они покинули тронный зал, они вышли из замка и там разделились. Джейме привел с собой Джона и Лораса для сюрприза, в то время как остальные вернулись в особняк, к большому раздражению Джой.
Только после того, как он пообещал ей подарок и Герион посадил ее на свою лошадь, Джой согласилась пойти без него; он помахал ей рукой, и к ним присоединились Джорс и Алирс, в то время как Призрак появился и умчался перед ними, пугая людей по пути.
«Итак, мой господин, в чем же сюрприз?» — спросил Лорас, пока они шли.
«Если бы я тебе тогда рассказал, это бы уже не было сюрпризом, не так ли?» — сказал Джейме, и Джон ухмыльнулся.
«Чего ты смеешься, ты хочешь знать не меньше меня», — проворчал Лорас.
«Да, я знаю, но я знаю лучше, это сюрприз, идиот», — сказал Джон и толкнул Лораса в плечо.
«Ты поедешь со мной потом к моей семье, Джон?» — спросил Лорас.
«Не знаю, разве ты не хочешь увидеть их сам?»
«Не совсем, к тому же, если ты придешь, мы сможем потренироваться, пока будем там», — сказал Лорас.
«Ты можешь пойти с Лорасом, Джон, мне нужно уладить несколько дел, так что до конца дня вы оба мне не понадобитесь, просто вернись к рассказу Джой, я не собираюсь объяснять ей, где ты находишься», — сказал Джейме с легким смехом.
Прогуливаясь по Королевской Гавани, он не мог не заметить, насколько плохо спроектировано это место, будь то запах, близость домов друг к другу, казалось, что все это место просто взорвалось без всякой мысли. Когда они дошли до поворота, который вел в действительно запущенную часть города, Джон содрогнулся, увидев детей, просящих милостыню на улице, он проклял себя за то, что не взял с собой монеты, и поклялся вернуться в какой-то момент и загладить свою вину.
Они пересекли место, которое Джейми назвал площадью Фишмонгера, и продолжили путь, пока наконец не вышли на улицу стали, видя, где они находятся, оба мальчика были взволнованы. Пока они шли, они могли видеть большие части доспехов в окне, могли слышать звуки ударов молота по наковальням. Они поднялись наверх улицы и подошли к зданию, которое было намного больше всех остальных, они вошли и сразу же были встречены молодым человеком, который спросил их о деле, прежде чем помчаться в заднюю часть.
«Милорд, приятно видеть вас в моем магазине», — сказал крупный лысый мужчина в фартуке, входя в комнату.
«Тобхо, я надеюсь, ты закончил готовить то, что я заказал», — сказал Хайме.
«Да, конечно, мой господин, это одна из моих лучших работ, Джендри, принеси приказ лорда Джейме», — крикнул Тобхо в спину.
«Мне также понадобится больше доспехов, моих обычных должно хватить, плюс несколько щитов, я уверен, что это не будет проблемой», — сказал Джейме, и мужчина с энтузиазмом кивнул.
Через несколько мгновений вышел мальчик примерно возраста Джона, хотя он был намного крупнее Джона, у мальчика были темные волосы и ярко-голубые глаза, и он посмотрел на них почти сердитым взглядом, хотя он смягчился, когда Джон улыбнулся.
«Эй, ты мастер Тобхо», — сказал Джендри, протягивая кузнецу два меча в ножнах.
«Хороший мальчик», — сказал Тобхо, и мальчик улыбнулся старшему мужчине.
«Я сделал простые ножны, мой господин, хотя, если вы пожелаете, я могу сделать их более изысканными, как и сами мечи».
«Нет, все в порядке», — сказал Джейме, вытаскивая первый меч.
Джон подумал, что этот меч представляет собой уменьшенную версию длинного меча, возможно, сделанного для кого-то не совсем взрослого, и его правота подтвердилась, когда Джейме обратился к Лорасу.
«Пора вам обоим вооружиться, ты достаточно опытен для этого, Лорас, это для тебя», — сказал Джейме, протягивая Лорасу меч.
Джон смотрел, как глаза его друга расширились, Лорас почти благоговейно взял меч и внимательно его осмотрел, он должен был признать, что это была невероятно выглядящая вещь. Сам клинок был сделан гораздо лучше, чем большинство из тех, что видел Джон, и, безусловно, такого качества, которого он не видел ни на одном мече, кроме меча Джейме или двух валирийских мечей, которые он видел, Темной Сестры и Ледяного. Рукоять была из гладкой темной кожи, в то время как гарда была изогнута тем, что Джону показалось шипами, навершие было золотым камнем в форме розы.
Он улыбнулся, увидев эмоции на лице Лораса, прежде чем повернуться и увидеть, как ему вручают его собственный меч. Этот меч был меньше и тоньше, копия как его тренировочного меча, так и Темной Сестры, держа его, он поразился его легкости, заставляя даже тренировочный меч казаться тяжелым по сравнению с ним. Рукоять его меча была из гладкой черной кожи, навершие представляло собой голову белого волка с двумя красными камнями, служившими глазами, гарда была изогнута вниз в форме волчьего когтя, и Джон мог видеть заботу, которая была вложена в создание меча.
«Благодарю вас, мой господин, мастер Тобхо», — сказал Джон с широкой улыбкой.
«Я тоже», — добавил Лорас, наконец, выйдя из оцепенения, в котором он пребывал с тех пор, как получил меч.
«Пожалуйста, мой господин», — сказал Тобхо, и Джон не почувствовал желания поправлять его.
«Ребята, это не учебные мечи, будьте с ними осторожнее, если вы злоупотребите доверием, которое я вам оказываю, то я без проблем заберу их обратно», — сказал Джейме, и он и Лорас понимающе кивнули.
Они пристегнули свои новые мечи к поясу, и он, и Лорас были рады убедиться, насколько хорошо они им подходят. Когда они вышли из магазина, Джон оглянулся, чтобы посмотреть, куда делся Призрак, но услышал шум на улице. Вскоре прибежал волк, а за ним и разгневанный мужчина, размахивавший большой палкой.
Подойдя к месту, где стоял Джон, он увидел, что причина гнева мужчины висит изо рта Призрака. Возможно, в какой-то момент рулет кровяной колбасы был довольно большим, но когда Призрак сел перед ним, Джон увидел, как он исчез в пасти голодного волка.
«Мой лорд», — сказал Джон явно развеселившемуся Джейме, который бросил ему пару золотых драконов.
«Вот он, хватай его, вор», — сказал большой человек, приблизившись к ним.
«Мне жаль его, возможно, этого будет достаточно», — сказал Джон, бросая человеку золотого дракона, он видел, что тот не удовлетворён, поэтому бросил другого.
«Просто держите эту чертову тварь подальше от моего магазина», — сказал мужчина, разворачиваясь и уходя.
«Правда», — сказал Джон, глядя на волка, который облизывал губы, кровяная колбаса исчезла.
Призрак просто наклонил голову и посмотрел ему в глаза, Джон мог поклясться, что волк говорил: «В чем проблема? Я поймал его, поэтому и съел, противные двуногие и их глупые правила». Он обернулся и увидел, что и Лорас, и его стражники громко смеются, Джейме тоже улыбался, поэтому он повернулся к Призраку и ухмыльнулся.
«Ну же, большой мохнатый комок, как насчет хорошей курицы?» — сказал Джон, когда волк подпрыгнул и завилял хвостом.
Они пошли обратно по улицам, останавливаясь, чтобы Джон мог купить Призраку обещанную ему курицу, волк жадно съел ее, прежде чем убежать делать бог знает что. Пройдя, как им показалось, целую вечность, они вернулись в замок, Призрак появился как раз тогда, когда они. Стражники не хотели впускать их, но Джон был удивлен, увидев, как к ним подошел сир Барристан и заговорил от их имени.
«Благодарю вас, сэр», — сказал Джон с улыбкой.
«Не говори об этом, парень», — сказал Барристан и пристально посмотрел на Джона.
Джон кивнул и повернулся к Джейме, который, казалось, понял.
«Сир Барристан, давайте поговорим о прошлом турнира и бывших братьях», — сказал Джейме.
«Да, давайте сделаем это, Лорд Джейме, Лорас, Джон, желаю вам обоим хорошего дня», — сказал Барристан, когда они с Джейме ушли.
Джон видел, как Лорас смотрел на двух уходящих мужчин, и как на его лице читалось удивление: два величайших рыцаря семи королевств отправились рассказывать о своих прошлых приключениях, и каждый из них отдал бы все, чтобы стать мухой на стене в этом разговоре.
«Да ладно, Джон, я уверен, если заставлю бабушку ждать еще немного, она сдерет с меня кожу живьем».
«Я не знал, что твоя бабушка была Болтон, Лорас», — пошутил Джон.
«О, Джон, бедный Джон, ты даже не представляешь, по сравнению с моей бабушкой Болтоны кажутся шутами», — сказал Лорас, его ухмылка скривилась, и Джон сглотнул.
«Иди сюда, Призрак, ты защитишь меня как следует», — сказал Джон, и волк кивнул.
Сир Барристан.
Стоять в тронном зале, пока Роберт говорил со своим королем, было пыткой, он мог видеть, что мальчик что-то держал в себе, знал ли он, сказал ли ему Джейме, он задавался вопросом, когда он посмотрел на Джона, он почувствовал, что знает. В его глазах было что-то, чего не было, когда он встретил его на турнире, решимость, сосредоточенность, которой у него не было раньше, когда он наблюдал, как тот смотрит на короля, он мог видеть ненависть в его глазах.
Он сделал все возможное, улыбаясь и успокаивающе глядя на него, чтобы попытаться успокоить его, и он был рад, что это, похоже, сработало, мальчик оставался вежливым и дружелюбным, и король был вне себя от радости, разговаривая с ним. После того, как они, казалось, ушли целую вечность, и Барристан был рад, что его смена заканчивается, он вернулся в Башню Белого Меча и привел себя в порядок, прежде чем отправиться на день. Надеясь столкнуться с Джейме, чтобы они могли поговорить, и если с ним был Джон, тем лучше.
«Сир Ричард», — сказал он, выходя из башни.
«Лорд-командующий, я хотел бы узнать, могу ли я поговорить с вами о принце?»
«Конечно, сэр».
«Его поведение ухудшается, сир Барристан. Я не знаю, что нам делать».
«Да, я знаю Ричарда, я посмотрю, можно ли привлечь к этому внимание десницы, но до тех пор, боюсь, мы мало что можем сделать», — сказал Барристан и пожалел другого рыцаря.
Сир Ричард удивил Барристана, хотя он был чрезвычайно предан Баратеонам, этот человек, казалось, имел больше чести, чем он считал, он ненавидел охранять наследного принца или королеву и разочаровался в охране короля. Единственный раз, когда этот человек казался счастливым, это когда он охранял принца и принцессу, Барристан решил позволить этому человеку больше времени охранять младших детей, он заслужил сохранить свою веру в корону еще на некоторое время.
«Ричард, до тех пор я изменю твои обязанности, ты будешь больше охранять принца Томмена и принцессу Мирцеллу».
«Благодарю вас, лорд-командующий», — с благодарностью сказал Ричард, и Барристан кивнул ему, прежде чем уйти.
Барристан тихо прошел по территории, направляясь к воротам, и был рад видеть Джейме, прибывшего со своим королем и молодым сыном Тиреллом. Он оглянулся и увидел какое-то волнение, и был потрясен, увидев большого белого волка, стоявшего рядом со своим королем.
Джейме рассказывал ему о волке в своих письмах, но увидеть его лично было совсем другим, волк был размером с небольшую лошадь, и Барристан не сомневался, что он может быть невероятно опасен, если захочет. Пробравшись к ним, он пришел к выводу, что они не хотят пускать волка.
«У вас все в порядке?» — I_free-dom спросил он начальника охраны.
«Да, сир Барристан только что сказал лорду Джейме, что волку его оруженосца нельзя находиться в замке».
«А почему именно капитан Садоу?»
«Сир Барристан, это дикий зверь, пускать его внутрь небезопасно», — ответил капитан, покачав головой.
«По-моему, он выглядит довольно ручным, лорд Джейме, а волк представляет какую-то опасность?» — ухмыльнувшись, спросил Барристан Джейме.
«Нет, сир, волк опасен только для тех, кто хочет причинить вред ему или моему оруженосцу», — сказал Джейме, кивнув ему.
«Вот и всё, капитан, впустите волка, если что-то пойдет не так, я и лорд Джейме возьмем на себя ответственность».
«Если вы уверены, сэр», — сказал капитан, пропуская волка.
Джон улыбнулся и поблагодарил его, и они с Джейме отправились под предлогом разговора как бывшие братья. Они шли тихо некоторое время, прежде чем прибыли в небольшую таверну, войдя, они сразу же сели за тихий столик в глубине. Барристан раньше пользовался этой таверной, она принадлежала Ланнистерам, хотя он был уверен, что даже паук не знал об этом, и он приходил сюда по выходным, чтобы не предупреждать никого о ее значимости.
Он знал, что и у паука, и у мастера над монетой повсюду были шпионы, и заметил, что некоторые из них пытались следовать за ним, хотя, когда они входили сюда, их никогда не подпускали к нему, хозяин таверны и служанки уже слишком хорошо их знали. После того, как им принесли вина и тарелку хлеба с сыром, он и Джейме начали разговаривать.
«Ваш оруженосец выглядит хорошо, милорд. Он участвует в поединках?»
«Да, он сэр, я с нетерпением жду этого».
«Знаете, король изменил правила, теперь дуэли только наполовину, а затем следует рукопашная схватка, он также увеличил возраст до четырех и увеличил число именин до десяти».
«Ты серьезно, он заставит молодых парней сражаться?» — спросил Джейме, покачав головой.
«Да, последние восемь вступают в схватку, а до тех пор это дуэль, возможно, молодому Джону лучше отсидеться в стороне», — сказал Барристан с явным беспокойством в голосе.
«Нет, он никогда этого не сделает, к тому же король захочет увидеть его в этой чертовой штуковине».
«Что ты думаешь?» — спросил Барристан, заметив хмурое лицо Джейме.
«Что, с Джоном все будет в порядке, сир, я больше беспокоюсь о Лорасе, мальчик все еще немного темпераментный, но с Джоном с ними все будет в порядке», — сказал Джейме, улыбаясь.
«Хорошо, он хорошо выглядит, Джейме, кажется каким-то другим», — настойчиво сказал Барристан.
«Да, он Барристан, он так многому научился». Джейме кивнул, и Барристан улыбнулся.
«Я бы хотел поговорить с ним, если вы не против?»
«Конечно, я позабочусь об организации, я уверен, он с удовольствием поговорит с Барристаном Смелым», — сказал Джейме, и Барристан почувствовал, как его сердце забилось быстрее.
«Ну, как дела, Барристан? Без меня, наверное, очень скучно?»
«Да, хотя я все чаще вспоминаю те времена, когда мы были вместе, до того, как его светлость занял трон».
Он наблюдал, как Джейме смотрит на него, и кивнул, увидев, как в глазах Джейме промелькнуло понимание.
«Правда, а почему это так, сэр?»
«О, принцы, мой господин, просто думаю о различиях между принцами и о том, что некоторые принцы ведут себя скорее как некоторые короли», — сказал Барристан и увидел, как Джейме содрогнулся.
«А как поживает суд, сир Барристан?»
«Знаешь, Джейме, чем больше он меняется, тем больше остается прежним», — сказал Барристан и постучал Джейме по колену под столом, чувствуя, как рука мужчины протягивается к нему, и протянул ему сложенный листок бумаги.
«Действительно, сэр, я не скучаю по нему, хотя надеюсь, что со временем это изменится».
«Как и я, мой господин».
Двое мужчин говорили о турнирах и поединках, о мечах и сражениях, они смеялись, вспоминая то, что они делали с людьми, которые давно ушли, и хотя временами они оба чувствовали себя немного грустно. К тому времени, как они попрощались, каждый из них шел более упругим шагом.
Серсея.
Она была в ярости, узнав, что ее семья будет жить в их частной резиденции, сделала все возможное, чтобы гостевые комнаты в Holdfast были отведены для ее семьи, а не для цепких роз. Только чтобы обнаружить, к своему раздражению, что Джейме будет жить в другом месте, когда она увидела его в тронном зале, она почувствовала, как ее сердце забилось немного быстрее. Когда он посмотрел на нее, она почувствовала, как между ее бедер скапливается тепло, и ей нужно было сжать их вместе, чтобы получить хоть какое-то облегчение.
Он выглядел еще красивее, чем в последний раз, когда она его видела, его волосы стали длиннее и распущенными, его рельефное тело извивалось под одеждой, которую ей хотелось сорвать с него перед всеми. Когда представления были закончены, она надеялась, что он останется рядом, и у нее будет шанс поговорить с ним, сказать ему, как сильно она скучала по нему, как сильно он ей нужен.
Но после того, как толстый болван получил свою маленькую любовь от Неда Старка ударом, Джейме и остальные быстро ушли, а Серсея осталась сидеть и кипеть, пока остальные эти незначительные дураки приходили и представлялись своим лучшим. Никто из них не выказывал должного почтения ей или ее сыну, а вместо этого лебезил перед болваном, как будто он действительно имел значение.
«Лорд Эдмар Талли, наследник Риверрана и представитель Верховного лорда Речных земель», — услышала она голос герольда и со скукой продолжила наблюдать.
«Лорд Джейсон Маллистер, лорд Сигарда».
«Лорд Титос Блэквуд. Лорд Янос Бракен». Это продолжалось и продолжалось, и она начала беспокоиться, что глупая рыба притащила с собой все Речные земли.
«Лорд Рэймун Дарри», — услышала она фырканье мужа рядом с собой и решила немного развлечься.
«Лорд Дарри, приятно видеть такого благородного и преданного лорда», — сказала Серсея, ошеломив мужчину.
«Верный, только потому, что проклятые драконы были побеждены», — громко сказал Роберт рядом с ней.
«Ваша светлость, ваша светлость», — неловко сказал Рэймун.
«Вы можете идти, мой лорд», — сказала Серсея с ухмылкой.
«С вашего позволения, ваша светлость», — сказал Раймун и быстро повернулся, чтобы уйти.
«Да, поджимай хвост, это то, что ты умеешь делать хорошо», — пьяно сказал Роберт, и в комнате стало тихо.
«Роберт», — сказал Джон Аррен, упрекая короля, который был недоволен.
«Нет, Джон, я не потерплю присутствия в моем присутствии сторонников драконов, не сегодня», — снова громко сказал Роберт.
«Тогда, возможно, нам следует отложить встречу с Тиреллами до завтра, любовь моя», — ласково сказала Серсея.
«Да, мы это сделаем, хватит, на сегодня всё», — сказал Роберт, пошатываясь, вставая со стула.
«Роберт, ты не можешь», — сказал Джон Аррен, бросаясь за ним.
Серсея встала с трона и пошла в свои покои, даже не дожидаясь, пока лорды и леди будут отпущены, она улыбнулась, наблюдая, как Аррен ковыляет за толстым болваном, который ей очень понравился. Добравшись до своих покоев, она тут же махнула рукой, чтобы ей принесли вина, и села, когда слуга принес вино, она отпустила ее, желая спокойно насладиться вином.
Она налила вино в свой бокал и подошла к окну, глядя вдаль, она почти могла видеть особняк Ланнистеров, или, по крайней мере, представляла, что могла бы, она задавалась вопросом, что Джейме делает прямо сейчас. Она осушила бокал и вздохнула, до приветственного пира, до того, как она снова его увидит, пройдут часы, ей нужно было поговорить с ним, договориться о встрече, но как?, она улыбнулась и повернулась, зовя своего слугу обратно.
«Бернадетт, сделай так, чтобы Мирцелла и Томмен не смогли присутствовать на сегодняшнем пиру», — сказала она, когда девушка поспешила выполнить ее приказ.
Оленна.
Оленна была в ярости, более злая, чем когда-либо, даже ее внучка была необычайно тиха, почувствовав ее гневный язык, когда она пыталась ее подбодрить. Как они смели, кем они себя возомнили, обращаться с ними таким образом, после всего, что они сделали для короны, быть униженной, это было то, чего она не могла допустить.
Было достаточно плохо, что их не встретила королевская семья, когда они прибыли, или что их разместили здесь, а не в королевском крыле, где им место, но это, это было последней каплей. Чтобы ей сказали, пока они ждали представления, что они его не получат, она бы не потерпела. К счастью для него, Джон Аррен послал Бейлиша извиниться, если бы он пришел сам, то ощутил бы на себе всю тяжесть гнева Оленны.
Вместо этого она обнаружила, что к ее ужасу, Бейлиш был другим человеком, самодовольство мужчины, пока она его ругала, почти заставило ее потерять самообладание больше, чем она уже имела. Но вместо этого она обуздала свои худшие порывы и была довольна тем, что бросила на мужчину уничтожающий взгляд и заставила его скрыться от нее, что она была невероятно рада видеть слева и справа и, наконец, зацепило мужчину.
«Мама, что нам делать?» — спросила Мейс, покраснев так же, как и она.
«Пока ничего, но это не продлится долго, я вам это обещаю».
Остаток дня прошел так же, как и утро: окружающие ее люди изо всех сил старались не попадаться ей на глаза, некоторым это удавалось больше, чем другим. Наконец, после обеда она почувствовала, что ее настроение улучшилось. Она повернулась, чтобы поговорить с внучкой, но ее прервал один из слуг.
«Миледи, к вам в гости приехали ваш внук и его друг», — тихо и робко сказала девушка.
«Хорошо, пошлите их», — сказала Оленна, глядя на дверь.
Увиденное заставило ее отпрыгнуть назад на своем месте и заставило ее охранников потянуться за мечами. Животное было огромным, размером с небольшую лошадь, его мех был белее снега, она почти закричала, когда оно двинулось к ее внучке, как раз собиралась приказать своим охранникам срубить его, когда Лорас и Джон Сноу вошли в комнату.
«Для меня это призрак», — сказал Джон Сноу, и животное перевело взгляд с него на Маргери.
«С ним все в порядке, Джон, а ты, Призрак?» — сказала Маргери, когда животное положило голову ей на колени, позволяя ей почесать его голову и за ушами.
«МАРГЕРИ, что это такое?» — закричала она, наконец обретя способность говорить.
«О, это лютоволк Джона, бабушка», — сказала ее внучка, и волк повернулся и посмотрел ей прямо в глаза, его пронзительные красные глаза словно искали что-то, прежде чем они снова посмотрели на ее внучку.
«Призрак не опасен, бабушка, не так ли, Джон?» — сказал Лорас темноволосому мальчику.
«Да, моя леди, вам нечего его бояться, но если это успокоит ваши тревоги, я уберу его для вас».
Оленна посмотрела на мальчика, а затем на внука, оба они казались совершенно расслабленными, она посмотрела на волка, который вел себя как гигантский щенок под руками ее внучки, часть ее почти потребовала, чтобы его убрали. Но она решила оставить это пока, возможно, подружиться с лютоволком было бы хорошей идеей, подумала она.
«Нет, все в порядке, хотя, возможно, в будущем будет какое-то предупреждение для молодого Сноу», — многозначительно сказала Оленна.
«Конечно, моя леди, я извиняюсь», — сказал мальчик с поклоном.
«Хорошо, садитесь оба. Я не хочу, чтобы вы стояли и смотрели на меня сверху вниз. Для одного дня этого было слишком много».
Она наблюдала, как мальчики садились, она была рада снова видеть своего внука и была заинтригована тем, что он привел с собой Джона Сноу. Его письма к ней с тех пор, как он переехал в Кастерли-Рок, не были сокровищницей информации, на которую она надеялась, было ясно, что Лорас и Джон подружились, и связи между ними укрепились. Было также ясно, что ее внук не только расцвел под опекой Джейме Ланнистера, но и наслаждался своим временем там, что, если бы ничего другого из этого не вышло, было бы достаточно для Оленны.
Но она надеялась найти что-то большее о Джоне Сноу, какие-то доводы в пользу того, как мальчик, казалось, смог достичь столь многого, шахты — это одно. Но ветряные колеса, которые начали появляться в Просторе, и корабли, которые были предметом зависти ее доброго сына — это другое. Во всех письмах, однако, единственное, что она могла сказать, это то, что Джон был очень умен и Ланнистеры относились к нему как к члену семьи.
Это само по себе уже не было сюрпризом, с теми благами, которые он им принес, она тоже обращалась бы с ним как с членом семьи, если бы он был в Пределе. Кроме того, по словам Лораса, единственное, что было важно в Джоне Сноу, это то, что все, кого он встречал, любили его, и что он был лучшим другом ее внука.
«Ну, Лорас, как дела?» — спросила Оленна, чтобы начать разговор, возможно, в ходе разговора что-то прояснится.
«Очень хорошо, бабушка, мы с нетерпением ждем дуэлей, не правда ли, Джон?»
«Да, мы — моя леди», — сказал Джон Сноу, и Оленна заметила, что он смотрит на ее внучку.
«Как прошло твое путешествие, Джон?» — спросила Маргери, улыбаясь мальчику.
«Это было очень хорошо, моя леди, новый корабль оказался гораздо приятнее, чем предыдущий, на котором я путешествовал», — улыбнулся Джон в ответ.
«Ты приехал на этом чудовище?» — спросила Оленна, приподняв бровь.
«Да, мы сделали это, моя леди, «Леди Джоанна» — прекрасный корабль», — сказал Джон.
«Действительно, бабушка, я никогда не участвовал ни в чем подобном», — добавил Лорас.
«Это правда, что ты его спроектировал, Джон?» — тихо спросила Маргери.
«Идея пришла мне в голову, миледи, но строительством занимались лорд Тирион и лорд Киван».
Оленна внимательно посмотрела на мальчика, она, конечно, знала, что он якобы придумал идею кораблей, но вопрос был в том, как, как мальчик десяти именин продолжает придумывать идеи, которые делают Ланнистеров все более и более могущественными. Ей так хотелось хотя бы раз просто быть прямолинейной, просто подойти и спросить мальчика, как ему это удалось, но в игре престолов прямота не помогала.
Поэтому вместо этого она выждет время, позволит Джону Сноу навестить ее драгоценную розу, без сомнения, он и Лорас будут этому рады, она будет наблюдать и учиться, и если у нее будет хоть какое-то право голоса, то к концу этого турнира она будет знать все, что нужно знать о Джоне Сноу.